по оригиналам
по переводам
Поиск стихотворения-оригинала
Поиск стихотворения-перевода

Василий ЖуковскийМАТТЕО ФАЛЬКОНЕ

Корсиканская повесть...
10 мин.
471
Корсиканская повесть

В кустах, которыми была покрыта
Долина Порто-Веккио, со всех
Сторон звучали голоса, и часто
Гремели выстрелы; то был отряд
Рассыльных егерей; они ловили
Бандита старого Санпьеро; но,
Проворно меж кустов ныряя, в руки
Им не давался он, хотя навылет
Прострелен пулей был. И вот, на верх
Горы взбежав, он хижины достигнул,
В которой жил с своей семьей Маттео
Фальконе; но, к несчастью, в это время
Один лишь мальчик, сын его, был дома;
Он у ворот стоял и на долину
Смотрел, прислушиваясь к шуму. Вдруг
Из ближних выбежав кустов, Санпьеро
Бросается к нему и говорит:
"Спаси меня, я ранен, егеря́
За мною гонятся, они уж близко!" —
"Да я один; отца нет дома; с ним
Ушла и мать". — "Что нужды! спрячь меня
Скорей". — "Да что отец на это скажет?" —
"Отец тебя похвалит; от меня ж
На память вот тебе монета". Мальчик,
Монету взявши, ввел на двор Санпьеро;
Он спрятался там в сено; Фортунато ж
(Так звали мальчика) проворно сеном
Его закрыл, и кровь втоптал в песок,
И вид спокойный принял. В этот миг
Вбежал на двор с своими Гамба (главный
Рассыльщик; он был родственник Маттео).
"Не попадался ли тебе Санпьеро? —
У мальчика спросил он. — Верно, здесь
Его ты видел". — "Нет, я спал". — "Ты лжешь;
Когда стреляют, спать нельзя". — "Да мой
Отец стреляет громче вас, а я
И тут не просыпаюсь". — "Отвечай же,
Куда ушел Санпьеро? Ты его
Здесь видел; правду говори, не то
Тебе достанется". — "Попробуй тронуть
Меня хоть пальцем; мой отец Маттео
Фальконе, знаешь?" — "Твой отец тебя
За то, что лжешь ты, высечет". — "Ан нет,
Не высечет". — "Да где же твой отец?" —
"Он в лес пошел за дичью; видишь сам,
Что я один". К товарищам тогда
В недоуменье обратившись, Гамба
Сказал: "Кровавый след привел нас прямо
Сюда; он, верно, здесь; но этот дом
Обыскивать не стану я; с Маттео
Фальконе ссориться опасно". Гамба
Стоял нахмурившись и тыкал в сено
Своим штыком, не думая, чтоб там
Санпьеро спрятан был; а Фортунато,
Как будто без намеренья цепочкой
Часов его играя, неприметно
Его отвесть от места рокового
Старался. Гамба, вынув из кармана
Часы, сказал: "Я уж давно тебе
Подарок, Фортунато, приготовил.
Ведь у тебя до си́х пор нет часов?" —
"Отец сказал, что мне их даст, как скоро
Двенадцать лет мне будет", — "А тебе
Теперь лишь только десять. Эта песня
Долга. Вот посмотри сюда, какие
Прекрасные часы". И он на солнце
Вертел их, и они сверкали ярко.
Глазами жадными за ними бегал
Встревоженный их блеском Фортунато…
Футляр с эмалью, стрелки золотые
И голубой узорный циферблат…
"Ну что же, где Санпьеро?" — "А часы
Ты дашь мне?" — "Дам". И Гамба поднял выше
Часы; как чаша роковых весов,
Над головой ребенка, раза два
Шатнувшися, они остановились.
Он искушения не вынес; в нем
Вся внутренность зажглась; как в лихорадке
Он задрожал и, правую тихонько
Поднявши руку, вдруг, как зверь когтями,
Схватил часы, а левою рукою,
Закинув за спину ее, в молчанье
На сено Гамбе указал. Без слов
Был кончен торг кровавый. Фортунато,
Добычу взяв, о проданной им жертве
Забыл. Санпьеро из-под сена тут же
Был вытащен; с презреньем поглядел он
На мальчика и, в руки егерям
Отдавшися, сказал: "Друг Гамба, ты
Уж в этом мне, конечно, не откажешь:
Найди носилки; я идти не в силах;
Весь кровью изошел я; признаюсь,
Стрелять ты мастер и в меня так ловко
Попал, что уж теперь со мной конец;
Но видеть мог ты также, что и я
Не промах". И о нем, как о родном
(Любя за храбрость и врага), они
Заботиться усердно принялися.
Ему хотел монету Фортунато
Отдать назад; но молча оттолкнул
Он мальчика, который, уронив
Монету, отошел, краснея, в угол.
Маттео, в это время возвращаясь
С женою и́з леса, гостей незваных
Увидел в хижине; поспешно он
Свое ружье на выстрел приготовил
И подал знак жене, чтоб и она
С другим ружьем была готова. Смело
И осторожно он подходит. Гамба,
Его вдали узнавши, закричал:
"Маттео, это мы, друзья!" И тихо,
В его лицо всмотревшися, он дуло
Ружья нацеленного опустил.
"Маттео, — Гамба продолжал, к нему
Навстречу вышед, — мы лихого
Поймали зверя; но добыча эта
Нам дорого досталась: двое из наших
Легли". — "Кого?" — "Санпьеро, твоего
Приятеля; ведь он и у тебя
Украл двух коз". — "То правда; но большая
Семья у бедняка, а голод, знаешь,
Не свой брат". — "Вот стрелок! От нас бы, верно,
Он ускользнул, когда б не Фортунато,
Мальчишка твой, помог нам". — "Фортунато!" —
Маттео вскрикнул. "Фортунато!" — мать
Со страхом повторила. "Да! Санпьеро
Здесь в сено спрятался, а Фортунато
Его и выдал нам; за это все вы
Получите спасибо от начальства".
Холодным потом обдало Маттео;
Он в хижину вошел. Там егеря
Вкруг старика, который чуть дышал,
От раны изнемогши, суетились;
И, чтоб ему лежать покойней было,
Свои плащи постлали на носилки.
Не шевелясь и молча он смотрел
На их работу; но, как скоро шум
Услышал и, глаза подняв, увидел
В дверях стоящего Маттео, громко
Захохотал, и страшен был тот хохот.
Он плюнул на стену и, задыхаясь,
Глухим, осиплым голосом сказал:
"Будь проклят этот дом; иуды здесь
Предатели живут!" Как полотно
Маттео побледнел и кулаком
Себя ударил в лоб; он был как мертвый;
Стоял безгласно. Вот уж старика
Уклали на носилки, понесли
Из хижины; вслед за другими Гамба,
Хозяину пожавши руку, вышел;
И вот уж все пропали за кустами…
Маттео ничего не замечал;
Он, губы стиснув, яростно и страшно
Смотрел на сына. Фортунато, робко
Подкравшися, хотел отцову руку
Поцеловать; Маттео взвизгнул: "Прочь!"
У мальчика подрезалися ноги;
Не в силах был он убежать и, бледный,
К стене прижавшись, плакал и дрожал.
"Моя ль в нем кровь?" — сверкнувши на жену
Глазами тигра, закричал Маттео.
"Ведь я жена твоя", — она сказала,
Вся покраснев. "И он предатель!" Тут
Рыдающая мать, взглянув на сына,
Увидела часы. "Кто дал тебе их?" —
Она спросила. "Дядя Гамба". Вырвав
С свирепым бешенством из рук у сына
Часы, ударил оземь их Маттео,
И вдребезги они разбились. Долго
Потом, как будто в забытьи, стучал
Ружьем он в пол; потом, очнувшись, сыну
Сказал: "За мной!" И он пошел; за ним
Пошел и сын. Неся ружье под мышкой,
Он прямо путь направил к лесу. Мать,
Схватив его за полу платья: "Он
Твой сын! твой сын!" — кричала. Вырвав полу
Из рук ее, он прошептал: "А я
Его отец, пусти". Поцеловавши
С отчаяньем невыразимым сына
И руки судорожно сжав, в дверях
Осталась мать, чтобы хотя глазами
Их проводить; когда ж они из глаз
Вдали исчезли, плача и рыдая
Перед мадонною она упала.
Маттео, в лес вошедши, на поляне,
Деревьями густыми окруженной,
Остановился. Землю он ружьем
Копнул: земля рыхла. "Стань на колени, —
Ребенку он сказал, — читай молитву".
Став на колени, мальчик руки поднял
К отцу и завизжал: "Отец, прости
Меня; не убивай меня, отец!" —
"Читай молитву". Мальчик, задыхаясь,
Пролепетал со страхом "Отче наш"
И "Богородицу". "Ты кончил?" — "Нет,
Еще одну я знаю литанею;
Ее мне выучить отец Франческо
Велел". — "Она длинна, но с богом". Дулом
Ружья подперши лоб, он руки сжал
И про себя за сыном повторил
Его молитву. Кончив литанею,
Сын замолчал. "Готов ты?" — "Ах, отец,
Не убивай меня!" — "Готов ты?" — "Ах!
Прости меня, отец". — "Тебя простит
Всевышний бог". И выстрел загремел.
От мертвого отворотив глаза,
Пошел назад Маттео. На ногах он
Был тверд; но жизни не было в его
Лице; с подпорой старости своей
И сердце он свое убил. Он шел
За заступом, чтобы могилу вырыть
И тело схоронить. Ему навстречу,
Услышав выстрел, кинулась жена:
"Мое дитя! наш сын! что сделал ты,
Маттео?" — "Долг свой. Там он, на поляне,
Лежит. По нем поминки будут: он,
Как христианин, умер с покаяньем;
Господь его младенческую душу
Помилует и успокоит. Ты же,
Когда сберешься с силой, объяви
Паоло, зятю нашему, мою
Решительную волю, чтоб он нынче ж
К нам на житье с женой переселился".1
1843 предложить метку
Чтобы выполнить действие, пожалуйста, войдите или создайте аккаунт
Мне нравится !
Дать монетку!
Печать
В избранное
Жалоба
1Написано 17–19 марта 1843 г. Напечатано впервые в журнале "Современник", 1843, т. XXXII, с подзаголовком "Корсиканская повесть (из Шамиссо)". Перевод одноименной повести П. Мериме по немецкому переложению А. Шамиссо. Жуковский был знаком и с подлинником. Однако характер свободного перевода Шамиссо соответствовал его собственным устремлениям. Вместо этнографически-бесстрастного тона Мериме у Щамиссо — взволнованная, местами даже патетическая интонация. Преступность ребенка, необходимость и справедливость казни подчеркнуты и Жуковским. Ц. С. Вольпе справедливо отметил связь перевода Жуковским "Маттео Фальконе" с написанием статьи "О смертной казни", где предлагается казнить преступников под церковное пение (см. В. А. Жуковский, Стихотворения, 1-е изд., т. II, Л., большая серия "Библиотеки поэта", 1940, стр. 485).

Аудио

К сожалению аудио пока нет...

Анализ стихотворения

К сожалению анализа стихотворения пока нет...

Отзывы

Написать отзыв
Чтобы выполнить действие, пожалуйста, войдите или создайте аккаунт
Поделиться :
Использование сайта означает согласие с пользовательским соглашением
Оплачивая услуги Вы принимаете оферту
Информация о cookies
Ждите...